В
театре Кабуки я уже была (см. тут) и мне так понравилось, что я решила непременно сходить
на представление снова. В этот раз Хироко (наш главный спец по японскому
театру) предложила не покупать билеты заранее, а пойти по «билетам этого дня»
(яп. 当日券), которые продают непосредственно перед представлением в кассе театра, причем их
можно купить как на всё представление, так и на отдельные его части. Приехали
заранее, чтобы занять очередь, ведь места по таким билетам без номера, а
сидячих – так и вовсе всего 90. Спасибо японской клиентоориентированности,
стоять в очереди не пришлось, там для таких как мы были скамейки. Билеты
удалось взять на сидячие места, но мы еще перед заходом в зал договорились, что
если рядом мест не будет (они ж свободные, так что все садятся, как хотят), то
разбредаемся по разным углам. Но нам повезло, мы сели вместе.
Мы
решили не идти на 1ю часть, поскольку там показывали пьесу «外郎売», что можно условно
перевести как «Продавец сладостей», она входит в список из 18-ти пьес,
считающихся главным наследием Кабуки. Но судя по описанию, она крайне сложна
для восприятия на слух в виду наличия большого количества скороговорок и
старо-японских оборотов в речи.
Во
второй части была церемония смены имен актеров театра. Могу честно признаться,
я думала, что они берут себе псевдоним, когда начинают актерскую деятельность в
театре. Но оказалось, что в какой-то момент в карьере корпорация, которая
владеет всеми театрами Кабуки (и не только) в Японии, может решить, что пора бы
дать людям новые псевдонимы. В этот раз смена имени коснулась отца и трех его
сыновей, после чего они все получили не просто имена, а имена с порядковым
номером, типа как у монарших особ в средние века: такой-то-такой-то восьмой,
такой-то-такой-то пятый и т.д. На церемонии прозвучали не только
благодарственные слова самих виновников, но и еще от полутора десятков актеров
театра. Кстати, приурочив к смене имен, в театре появился новый занавес,
выполненный в виде каллиграфии огромных размеров с новыми именами.
В
третьей части шла пьеса 熊谷陣屋, что можно превести как «Постоялый двор
Кумагая» о трагедии одной семьи в период вражды между кланами Тайра и Минамото
(короче, 12 век). Длилась она почти 2 часа без смены декораций, а без знаний японской
истории и «Хэйкэ моногатари» так и вообще тяжела для восприятия. Но интересный
сюжет и потрясающие костюмы не дают ослабить внимание.
Последней
в этот день показывали 藤娘, «Деву
глициний». И вот именно из-за нее я
и хотела попасть на представление! Не знаю, видели ли вы, как цветет глициния в
Японии, но представьте себе – вся сцена украшена свисающими сверху длинными
фиолетово-сиреневыми соцветиями, а по краям сцены сидят музыканты и
исполнители. Под живой аккомпанемент танцует актер (в женском образе) в
потрясающем кимоно с узором из глицинии (которое, кстати, несколько раз менялось,
но узор на всех кимоно был с глициниями). Мне почему-то вспомнился фильм
«Затойчи» с Такэши Китано, там были брат с сестрой, и вот брат в женском кимоно
тоже так танцевал, когда сестра ему аккомпанировала.
Кстати,
раньше «Дева глицинии» была частью пьесы о смене времен года, но впоследствии
ее стали показывать отдельно. Длится она всего 20 минут, но впечатление
производит сильнейшее! Жаль, что нельзя было снимать, такая красота заслуживает
быть увиденной теми, у кого нет возможности лицезреть сию красоту воочию.
Кстати,
перед последней частью занавес сменили – вместо имен появилось изображение горы
Фудзи, что отнюдь не лишено смысла. Дело в том, что по-японски глициния звучит
как «фудзи», так же, как и название горы, только пишется другим иероглифом.
Комментариев нет :
Отправить комментарий